МОЛОДИНСКАЯ БИТВА 1572 Г.
Молодинская битва (~50 км. южнее Москвы) 1572 г. имеет большое значение в истории России вообще и русской военной истории в частности — в укреплении суверенитета Русского государства в XVI в. Это сражение является одним из важнейших событий не только для русско-крымских отношений, но и для общего внешнеполитического положения Русского государства, начавшего своё формирование с XV в.
Когда к концу XV в. Золотая Орда распалась на несколько независимых государственных образований, династии которых враждовали между собой (Астраханское, Крымское Казанское, Сибирское ханства, Ногайское и Большая Орды), Московское великое княжество, которое в глазах ≪осколков≫ ≪Улуса Джучи≫ продолжала оставаться частью некогда общего государства, стало набирать силу.
В состав формирующегося Российского государства к концу XV в. вошли земли бывшего Владимиро-Суздальского княжества, Новгородская, земля, Вятская земля, часть земель Бывшего Черниговского княжества и часть Рязанского.
В первой четверти XVI в. к нему были присоединены оставшиеся земли Рязанского княжества, Псков и Смоленск.
После событий 1472–1480 гг., показавших военную силу Москвы, к лету 1481 г., на землях Золотой Орды сложилась новая политическая ситуация. Орда Ахмата, противостоящая Москве и Крыму, состоящими в союзе с 70‑х гг. XV в., перестала быть великой державой, оказывающей решающее влияние на ход событий в Восточной Европе.
Окончательное падение Большой Орды произошло в 1502 г., после победы над ней на устье Тихой Сосны крымским ханом Менгли-Гиреем. Это позволило победителю присвоить себе титул ≪Великого хана Великой Орды≫ и начать борьбу за право быть преемником власти над всеми землями ≪Улуса Джучи≫, то есть и над большей частью русских земель.
В 1507 г. хан выдаёт ярлык литовскому князю Сигизмунду I не только на русские города и земли, входившие к тому времени в состав великого княжества Литовского, но и на города, входившие в состав Московского великого княжества. Эти претензии были тогда же подкреплены впервые совершённым крымскими татарами набегом на русские земли.
В 1514 г. Менгли-Гирей требовал у Василия III 8 русских городов, а за 35 — требовал выплату дани. Эти требования также были подтверждены набегом в пределы Московского великого княжества. Таким образом, в первой четверти XV в. Крымская Орда становится основным претендентом на земли, ранее входившие в состав Золотой Орды, в том числе и на земли своего бывшего (с 70‑х гг. XV в. по 10‑гг. XVI в.) союзника по борьбе с Большой ордой — Московским государством.
Однако уже в конце XV — середине XVI в. русский государь начинает занимать некий промежуточный статус между ханами Большой Орды (до её распада) Крыма, Казани, с одной стороны, и, ногайскими, касимовскими, астраханскими и сибирскими правителями — с другой. После падения Большой Орды многие народы, населявшие территорию
≪Улуса Джучи≫, в великом князе московском, а впоследствии — царе начинают видеть ≪жалостливого государя≫, а иногда (правда с большими оговорками) ≪Чингисова прямого сына≫ — судью, который может навести порядок в деле престолонаследия и распределения мест кочёвок.
Растущая военная и политическая мощь формирующегося Российского государства приводит к тому, что проигравшие в междоусобных схватках Чингизиды, начинают всё больше искать
прибежище в Москве, а не только в Крыму, Ногайской Орде и Литве. Смена основных торговых путей в первой половине XVI в. также обусловили отток из степи Чингизидов (часто вместе со своими отрядами). Их выбор по пребыванию в это время в Московском государстве с материальной точки зрения был наиболее обоснованным. Кроме того, политика Москвы тогда не делала кардинальных отличий в положении служилых татар по отношению к православному населению. По всей видимости, именно такой подход был одной из причин значительного территориального роста Московского государства в XVI–XVII вв.
Крымская Орда, осознавая рост Москвы и видя в ней главного соперника по ≪собиранию≫ земель ≪Улуса Джучи≫ и после 1515 г. продолжает походы на Москву и её окраинные земли. Наряду с ежегодными набегами начинаются крупноформатные походы в центральные области Русского государства во главе с правящими ханами с целью принятия требований ≪материального≫ (резкое увеличение ≪поминков≫) и политического (отказ от борьбы за установление политического контроля над Казанью и Астраханью) характера.
Это были походы 1521, 1541, 1551 г. В 1547 г. Иван IV принимает титул царя, присоединяет
к себе Казанское (1552 г.) и Астраханское (1554 г.) ханства. Подчинение татарских династов русскому самодержцу означало для них, что русский царь (великий князь) в иерархической структуре власти заменил прежних татарских ханов. Принявший татарские титулы ≪хан Казанский≫ и ≪хан Астраханский≫ московский царь теперь являлся ханом для этих государств.
С начала 50‑х гг. XVI в. по-иному к русскому царю начинает относится и ногайская знать. Военная мощь Москвы, распоряжение судьбами поволжских ханств заставляет признать большой политический вес и статус Ивана IV в системе послеордынских ≪юртов≫.
В 1555 г. Ногайская Орда фактически подчинилась Российскому государству.
Характерно, что титул царя в домонгольской Руси, связывавшийся с Византией, после монгольского нашествия был перенесён на хана, а по мере ослабления Золотой Орды всё более возвращал себе греческое наполнение. Но как бы не старались русские цари ассоциировать себя с Византией, а Москву — с третьим Римом, в глазах огромной массы своих новых подданных они оставались преемниками тюркских ханов — ≪белым царём≫. Это выражалось в обложении подданных податями и сбором ясака, правом наделять землёй (даровать частным лицам или целым народам, подтверждать родовые права), жаловать почётные титулы и владельческие должности.
Конечно, успехи Московского государства и возвышение Ивана IV до царского титула не могло оставить в стороне мощного соперника в деле объединения земель Золотой орды — Крымскую орду. В связи с этим взаимоотношения Московского и Крымско-татарского
государства в конце 1560‑х — начале 1570‑х гг. ознаменовались глубоким кризисом, вызванным не только небывалым усилением России, но и её последовавшим ослаблением в затяжной Ливонской войне.
В 1569 г. крымский хан Дивлет-Гирей I совместно с турецкой армией совершает поход на Астрахань. Поход окончился безрезультатно. Не сумев взять Астрахань союзные войска
отступили.
В 1571 г. Девлет-Гирей I совершает крупномасштабный поход на Русское государство. Это нашествие повлекло за собой помимо страшного пожара г. Москвы разорения центральных областей государства еще и серьезные внешне-политические последствия. Успешные действия крымской Орды дали возможность хану предъявить фактический ультиматум Ивану Грозному в июне 1571 г., суть которого заключалось в принципиальном признании Русским государством крымских претензий на Казань и Астрахань. Тем самым перечеркивались достижения всех лет правления Грозного на восточном направлении. Это был пик военно-политических успехов Крыма в противостоянии с Москвой.
Иван Грозный согласился признать крымские притязания на территорию бывшего Астраханского ханства (с определёнными условиями), проигнорировав претензии на Казань.
Однако такие условия оказались неприемлемы для Девлет-Гирея I, который начал готовить новый военный поход.
К концу 1571 г. Россия оказалась в непростой военно-политической ситуации: угроза нового татарского вторжения при только что сожженной столице, продолжающаяся война со Швецией и военно-политические неудачи в Ливонии, готовое восстать по первому поводу недавно присоединенное Поволжье.
Именно в такой ситуации в июле 1572 г. Девлет-Гирей I начал свой поход на Москву, окончившейся для него поражением в Молодинской битве. В результате компании 1572 г. успех, достигнутый ханом Девлет-Гиреем I в результате своего похода в 1571 г., был полностью аннулирован: в ходе дипломатического обмена между Москвой и Крымом в 1572–1576 гг. хан Девлет-Гирей I фактически снял требование об ≪уступке≫ Астрахани. Правда, претензии Крыма на нижнюю и среднюю Волгу продолжались и в последней четверти XVI —начала XVII в. но никогда уже они не звучали так реально, как в 1571–572 гг. Лишь в первой половине XVII в. в крымско-русской переписке по отношению к Москве на месте ≪великого улуса≫ появляется ≪Великая Орда≫, что по мнению некоторых исследователей могло обозначать признание сюзеренитета московских самодержцев над большей частью Золотой Орды.
Таким образом, в XVI в. на территории Восточной Европы после окончательного распада Золотой Орды начались процессы по формированию её ≪осколков≫ в новые независимые государства. Основными соперниками по ≪собиранию≫ земель ≪Улуса Джучи≫ стало Московское великое княжество (позднее Российское государство) и Крымская Орда. События
1572 г. стали переломом в этом противостоянии.
Включение джучидских государств в состав российской государственности стало ключевым моментом в образовании многонациональной России.
Молодинское сражение, между русской армией под предводительством князя М. И. Воротынского с войском крымского хана Девлет-Гирея I происходило с 28 июля по 3 августа 1572 г.
В конце июля войско крымских татар переправилось через Оку чуть выше Серпухова. Князь М.И. Воротынский снял русские отряды с переправ у Серпухова и отправился догонять орду Девлет-Гирея.
28 июля, передовой русский полк под командованием князя Д.И. Хворостинина настиг
арьергард Девлет-Гирея I у села Молоди и разгромил его, что заставило хана остановить свое войско.
Князь Д.И. Хворостинин уклонился от боя с главными силами противника и начал заманивать неприятеля к укреплениям гуляй-города у с. Молоди, где находился Большой полк князя М.И. Воротынского. Передовые силы хана попали под огонь пушек и пищалей.
30 июля ≪у Воскресения на Молодях≫ в течение дня происходило упорное сражение. Войска хана начали штурм главной позиции русских, однако понеся потери, отошли
в свои станы.
31 июля войска проводили рекогносцировку, так называемые ≪подъезды≫. В один из таких ≪подъездов≫ в плен русскими воинами был взят главный крымский полководец Дивей-мурза.
2 августа войска хан Девлет-Гирей атаковали русские укрепления в пешем порядке. Князь М.И. Воротынский сумел незаметно провести свой Большой полк по узкой лощине и ударил неприятелю в тыл. Одновременно из гуляй-города был произведён залп из всех орудий, и была сделана вылазка. Воины крымского хана не выдержали ударов с двух сторон и отступили.
В ночь со 2 на 3 августа войска Дивлет-Гирея отошли к Оке.
3 августа русские воеводы атаковали прикрывавший отход основных сил ордынский арьергард, разбив его. Хан Дивлет-Гирей с оставшимся войсками ≪перелез≫ Оку к утру
4 августа.
Трудно переоценить значение Молодинской победы в укреплении суверенитета Русского государства в XVI в. Успех, достигнутый ханом Девлет-Гиреем I в результате успешного похода 1571 г., был полностью аннулирован: в ходе дипломатического обмена между Москвой и Крымом в 1572–576 гг. хан Девлет-Гирей I фактически снял требование об ≪уступке≫ Астрахани. Понесенные в ходе похода Девлет-Гирея в 1572 г. Крымской ордой потери существенно снизили масштаб внешнеполитической активности Крымского ханства в военно-политических конфликтах в Восточной Европе накануне возобновления Ливонской войны
с Речью Посполитой.
Османская империя вынуждена была считаться с военной мощью Русского государства, что стало существенным аргументом при принятии решений в пользу отказа на длительный период от возобновления прямой военной конфронтации с Россией, каковые планы время от времени
реанимировались в Стамбуле после провала похода османов на Астрахань в 1569 г.
События Молодинской битвы оказали немаловажное влияние и на внутреннюю политику государства. Они напрямую связаны с упразднением Иваном Грозным опричнины,
оказавшей глубокое влияние на все стороны жизни русского общества.
В результате событий 1572 г. была продемонстрирована военная мощь Русского государства в прямом крупномасштабном столкновении с силами Крымской орды и ее союзников.
По отношению к своим восточным, а позднее южным соседям Россия объективно представала как победоносный участник борьбы за наследство Золотой Орды.
Олег Бруснецов,
Геннадий Шебанин
------------------------------------------------------------------------------------------
Битва при Молодях. Подольский режиссёр Вячеслав Ерохин
https://ok.ru/video/7369393575
Молодинская битва. Месть Ивана Грозного
https://dzen.ru/video/watch/684b3790c3e5315e1b7d04ce
Молодинская битва. Забытый подвиг @Телеканал Культура
https://my.mail.ru/mail/yura.kovylin/video/-/9007.html
Великие битвы России. Молодинская битва
https://rutube.ru/video/f3f1b1a14104cf2 ... 641f111c5/
2 августа 1572 года. Битва при Молодях
https://vk.com/video-69976433_456240873
Битва при Молодях 1572 года: забытая победа забытого полководца
https://dzen.ru/a/Xwr8k6u0PAu97CLd
Давняя история
Модератор: Administrator
Давняя история
Усадьба Дубровицы…
https://vladimirdar.livejournal.com/7830.html
Почему стоит посетить Подольск: секреты Знаменской церкви в Дубровицах
https://dzen.ru/video/watch/62ce7701ac190930ea1ce64a
---------------------------
Воин и просвещенный патриот
Об участнике Отечественной войны 1812 года генерале Андрее Ивановиче Гудовиче (сын Ивана Васильевича Гудовича, рязанского наместника) (1781-1867)
В селе Поливанове Подольского района Московской области рядом с храмом Благовещения Пресвятой Богородицы стоит единственный сохранившийся от церковного кладбища гранитный памятник с надписью: «Здесь погребено тело Обер-егермейстера Двора Его императорского величества графа Андрея Ивановича Гудовича».
Хотя портрет графа, выполненный известным английским художником Д. Доу, и находится в Военной галерее Зимнего дворца среди портретов генералов, возглавлявших русские войска в 1812-1814 годах, сегодня из всех Гудовичей в основном известен только отец нашего героя - генерал-фельдмаршал Иван Васильевич Гудович (1741-1820). В Поливанове долгое время даже не знали, что за «обер-егермейстер» здесь похоронен. В 1930-х годах, когда закрыли храм и взорвали колокольню, с памятника сбили фигуру ангела, в 1960-х его бульдозером сдвинули в сторону.
В 1999 году жители села вернули памятник на прежнее место.
Установить место его рождения (мне, по крайней мере) до сих пор не удалось, что неудивительно: перед тем как занять пост главнокомандующего в Москве (1809), Иван Васильевич сменил не одно место службы.
1 декабря 1783 года двухлетнего Андрея записали сержантом в лейб-гвардии Измайловский полк, 25 декабря перевели вахмистром в лейб-гвардии Конный полк. Дальнейшая карьера: корнет (1795), подпоручик (1797), поручик (1798), штаб-ротмистр (1799), ротмистр, полковник (1801). В ноябре 1803 го¬да следует перевод в уланский Его Императорского Высочества цесаревича и Великого князя Константина Павловича полк1.
Потом было участие в русско-австро-французской войне 1805 года, сражение под Аустерлицем, в котором союзные войска потерпели поражение. Русская гвардия под командованием Великого князя Константина Павловича накануне битвы находилась в резерве. Уланский полк, насчитывавший около 1300 всадников, подразделялся на два батальона по 5 эскадронов в каждом. Полковник А. И. Гудович командовал эскадроном Его императорского высочества.
Перед сражением Константин Павлович появился перед уланами, поздоровался с солдатами и обнял командира полка генерал-майора барона Е. И. Меллер-Закомельского со словами: «Ребята, не выдавай!» Десять эскадронов бросились на неприятеля. Эскадрон Гудовича захватил три вражеских орудия. В ходе боя уланы оказались между двумя линиями французского каре и, обстреливаемые со всех сторон, несли большие потери. В итоге лишь немногие - около 200 человек - смогли вырваться из схватки. За Аустерлиц граф Андрей Гудович получил орден Святого Владимира 4-й степени с бантом.
Русско-шведская война 1808-1809 годов велась Россией в союзе с Данией против Швеции, поддерживаемой Великобританией, в целях установления контроля над Финским и Ботническим заливами и обеспечения безопасности Петербурга. А. И. Гудович отличился в сражениях при Куопио и Улеаборге. Памятник графу А. И. Гудовичу в Поливанове.
До нас дошли воспоминания служившего под его началом писателя пушкинской поры, издателя газеты «Северная пчела» Ф. В. Булгарина, так характеризовавшего своего командира: «Граф Гудович поступил в наш полк из Конной гвардии. Он соединял в себе все достоинства любезного светского человека со всеми похвальными качествами воина и просвещенного патриота. Граф получил высокое образование, любил литературу и все изящное; с офицерами обходился он чрезвычайно вежливо, нежно и только с приближенными к нему - фамильярно, и вместе с любовью внушал к себе уважение. <...> Одним словом, граф Гудович был образцовый полковник не в одной России, но и во всей Европе».
8 апреля 1809 года полковник А. И. Гудович назначается шефом Орденского кирасирского полка 2-й кирасирской дивизии. В свое время Павел I в корне изменил понятие и функции шефа полка. Теперь это лицо считалось старшим начальником, реально отвечавшим за полк и по строевой, и по хозяйственной части; шеф, как и другие офицеры, не только числился в штатном расписании, но и обязан был постоянно находиться при полку (во времена Екатерины II он лишь изредка наведывался в свой полк). Таким образом, тогдашнее значение шефа вполне соответствовало современному понятию о должности командира полка.
В 1810 году А. И. Гудович, находясь в отпуске у отца, в то время главнокомандующего в Москве, захворал. Иван Васильевич ходатайствовал о продлении сыну отпуска, на что, однако, высочайшего соизволения не получил. 31 марта он писал М. Б. Барклаю-де-Толли: «В оправданье дерзновенья моего утруждать об отпуске сына для поправления расстроенного здоровья на 4 месяца имею честь Вас, милостивый государь, уведомить, прося покорнейше довести до сведения Его императорского величества. Я разумел всегда срок, положенный для обыкновенных отпусков здоровым и имеющим частные свои нужды, а видя великодушные и всемилостивые примеры отпускаемых по болезням сверх положенного срока, дерзнул потому представить о сыне моем всеподданнейшую мою просьбу, увидя оного в слабом состоянии здоровья отпущенного ко мне на краткое время, после чего он уже к полку отправился. Не могу при сем скрыть крайнего моего прискорбия о том, что Его императорское величество всемилостивейший государь соизволил принять мою всеподданнейшую просьбу за слабость отца, желающего иметь при себе праздного сына - не дорожил я и не дорожу не только моим сыном, но и моею жизнью на верную службу всемилостивейшему государю, хотя уже стар и дряхл, а желал только поправить здоровье сына моего, дабы в состоянии был окончить достойно жизнь свою на ревностной службе великому государю».
Так или иначе, граф Гудович прибыл к полку. В 1811 году Орденский кирасирский полк стоял в Киевской губернии. Расположение эскадронов: шефский - в Звенигородке, подполковника Штакельберга - в Лысенках, майора Панова - в Шполе, ротмистра Григоровского - в Ольшанах и майора Сергеенко - в Ведениках.
В феврале 1812-го полк выступил на новые квартиры в Волынскую губернию. Ближайший к началу военных действий семидневный рапорт за май месяц дает следующие сведения о составе шефского эскадрона: полковник граф Гудович, ротмистр Брусилов, штаб-ротмистр Мейер, поручики - Слепченко 2-й, Раденгаузен, Шиллинг, Подлуцкий, Бибиков, корнеты - полковой адъютант Енько, адъютант Лизогуб, Львов 1-й и Решетинский 2-й.
Бородинскому сражению предшествовал бой за Шевардинский редут 24 августа, обеспечивший русской армии возможность закончить возведение инженерных сооружений на позиции, а также вскрывший намерение Наполеона нанести главный удар против левого крыла русской армии. Бой при заметном численном превосходстве французов носил ожесточенный характер; его перипетии многократно отражены в литературе. В одной из реляций читаем следующее описание действий 2-й кирасирской дивизии при Шевардине: «Битва час от часу делалась упорнее, однако ж все покушения неприятеля, отражаемого несколько раз с большим уроном, сделались тщетными и наконец были они совершенно отбиты. В сие время кирасирские полки второй дивизии - Екатеринославский, Орденский, Глуховский и Малороссийский - быстрою атакою довершили его поражение. При сем взято нами 8 пушек, из коих 3, будучи подбиты, оставлены на месте сражения».
В своем рапорте императору о сражении 24 августа М. И. Кутузов в частности сообщал: «2-я кирасирская дивизия, должна будучи даже в темноте сделать последнюю из своих атак, особенно отличилась».
За Шевардинское дело граф А. И. Гудович, раненный в левую ногу, был награжден орденом Святого Георгия 4-й степени и произведен в генерал-майоры. Золотой шпаги «за храбрость» удостоился сражавшийся с ним плечом к плечу его шурин - вышеупомянутый адъютант Илья Иванович Лизогуб (1787-1867), о котором нельзя не сказать здесь несколько слов. После Бородина он участвовал в заграничном походе, за Бауцен получил орден Святого Владимира 4-й степени с бантом, за Лейпциг - орден Святой Анны 4-й степени; в 1814 году состоял ординарцем при кронпринце Вюртембергском, в январе 1816-го поручиком переведен в кавалергарды. Уволен в отставку (1821) по домашним обстоятельствам с мундиром. Близко дружил с Тарасом Шевченко, хлопотал о досрочном освобождении поэта из ссылки.
После ранения А. И. Гудович вернулся в армию весной 1813 года. Был в сражениях при Бауцене, Лейпциге.
В 1814 году назначен командиром 1-й бригады 3-й кирасирской дивизии.
28 декабря 1815 года он пишет на имя императора Александра I прошение об отставке «за раною и болезненными припадками от воинской службы на собственное пропитание <...> с ношением мундира»6. Государь отставку принял.
Гудовичи были весьма состоятельными людьми. А. И. Гудовичу досталось в наследство подмосковное село Поливаново и село Арефино в Муромском уезде. В Москве, в Брюсовом переулке, стоит здание под № 21 - это только часть большого дома, выходившего углом на Тверскую улицу и в начале XIX века принадлежавшего генерал-майорам братьям Андрею и Кириллу Гудовичам.
Отличались Гудовичи и на ниве благотворительности. Так, в 1796 году Иван Васильевич заложил в местечке Ольгополь Подольской губернии (ныне Чечельник Винницкой области) Покровско-Михайловский собор. В 1860 году Андрей Иванович установил на соборе новый главный колокол весом около 1,7 тонны. Храм этот считался одним из красивейших на Украине. В 1937 году его взорвали, в 1996-м - восстановили.
В 1832-1841 годах А. И. Гудович занимал пост московского губернского предводителя дворянства. В Первопрестольной он не избежал масонских увлечений. 20 октября 1844 года принят на должность егермейстера двора Его Императорского величества в чине статского советника, 26 августа 1856-го пожалован в обер-егермейстеры. Умер в Москве.
Недавно в муниципальном музее «Русская усадьба» в Поливанове создана экспозиция, посвященная А. И. Гудовичу. На акварели его двоюродного брата И. И. Подчаского, написанной после 1814 года и находящейся в государственном научно-исследовательском Музее архитектуры имени А. В. Щусева в Москве, рядом с усадебным домом изображены всадник и всадница. Возможно, это Андрей Иванович с супругой.
С. Б. Нестеров
Кутузов в Подольске
https://www.podolsk.ru/about/n8856.html
Для справки. В годы Великой Отечественной войны в Подольске находилось Новочеркасское кавалерийское училище.
14 ноября 1942 года оно было передислоцировано в город после боёв на Кавказе. Учебная база располагалась на территории нынешнего ЦАМО, а летние лагеря — в Поливаново, на берегу Пахры. Здесь готовили офицеров кавалерии для фронта.
В Подольск лично приезжал маршал Семён Будённый. Он осматривал училище и принимал строй курсантов в 1943г.
Подготовленные в Подольске кавалеристы прошли фронтовой путь до Победы и приняли участие в Параде Победы 24 июня 1945 года.
https://vladimirdar.livejournal.com/7830.html
Почему стоит посетить Подольск: секреты Знаменской церкви в Дубровицах
https://dzen.ru/video/watch/62ce7701ac190930ea1ce64a
---------------------------
Воин и просвещенный патриот
Об участнике Отечественной войны 1812 года генерале Андрее Ивановиче Гудовиче (сын Ивана Васильевича Гудовича, рязанского наместника) (1781-1867)
В селе Поливанове Подольского района Московской области рядом с храмом Благовещения Пресвятой Богородицы стоит единственный сохранившийся от церковного кладбища гранитный памятник с надписью: «Здесь погребено тело Обер-егермейстера Двора Его императорского величества графа Андрея Ивановича Гудовича».
Хотя портрет графа, выполненный известным английским художником Д. Доу, и находится в Военной галерее Зимнего дворца среди портретов генералов, возглавлявших русские войска в 1812-1814 годах, сегодня из всех Гудовичей в основном известен только отец нашего героя - генерал-фельдмаршал Иван Васильевич Гудович (1741-1820). В Поливанове долгое время даже не знали, что за «обер-егермейстер» здесь похоронен. В 1930-х годах, когда закрыли храм и взорвали колокольню, с памятника сбили фигуру ангела, в 1960-х его бульдозером сдвинули в сторону.
В 1999 году жители села вернули памятник на прежнее место.
Установить место его рождения (мне, по крайней мере) до сих пор не удалось, что неудивительно: перед тем как занять пост главнокомандующего в Москве (1809), Иван Васильевич сменил не одно место службы.
1 декабря 1783 года двухлетнего Андрея записали сержантом в лейб-гвардии Измайловский полк, 25 декабря перевели вахмистром в лейб-гвардии Конный полк. Дальнейшая карьера: корнет (1795), подпоручик (1797), поручик (1798), штаб-ротмистр (1799), ротмистр, полковник (1801). В ноябре 1803 го¬да следует перевод в уланский Его Императорского Высочества цесаревича и Великого князя Константина Павловича полк1.
Потом было участие в русско-австро-французской войне 1805 года, сражение под Аустерлицем, в котором союзные войска потерпели поражение. Русская гвардия под командованием Великого князя Константина Павловича накануне битвы находилась в резерве. Уланский полк, насчитывавший около 1300 всадников, подразделялся на два батальона по 5 эскадронов в каждом. Полковник А. И. Гудович командовал эскадроном Его императорского высочества.
Перед сражением Константин Павлович появился перед уланами, поздоровался с солдатами и обнял командира полка генерал-майора барона Е. И. Меллер-Закомельского со словами: «Ребята, не выдавай!» Десять эскадронов бросились на неприятеля. Эскадрон Гудовича захватил три вражеских орудия. В ходе боя уланы оказались между двумя линиями французского каре и, обстреливаемые со всех сторон, несли большие потери. В итоге лишь немногие - около 200 человек - смогли вырваться из схватки. За Аустерлиц граф Андрей Гудович получил орден Святого Владимира 4-й степени с бантом.
Русско-шведская война 1808-1809 годов велась Россией в союзе с Данией против Швеции, поддерживаемой Великобританией, в целях установления контроля над Финским и Ботническим заливами и обеспечения безопасности Петербурга. А. И. Гудович отличился в сражениях при Куопио и Улеаборге. Памятник графу А. И. Гудовичу в Поливанове.
До нас дошли воспоминания служившего под его началом писателя пушкинской поры, издателя газеты «Северная пчела» Ф. В. Булгарина, так характеризовавшего своего командира: «Граф Гудович поступил в наш полк из Конной гвардии. Он соединял в себе все достоинства любезного светского человека со всеми похвальными качествами воина и просвещенного патриота. Граф получил высокое образование, любил литературу и все изящное; с офицерами обходился он чрезвычайно вежливо, нежно и только с приближенными к нему - фамильярно, и вместе с любовью внушал к себе уважение. <...> Одним словом, граф Гудович был образцовый полковник не в одной России, но и во всей Европе».
8 апреля 1809 года полковник А. И. Гудович назначается шефом Орденского кирасирского полка 2-й кирасирской дивизии. В свое время Павел I в корне изменил понятие и функции шефа полка. Теперь это лицо считалось старшим начальником, реально отвечавшим за полк и по строевой, и по хозяйственной части; шеф, как и другие офицеры, не только числился в штатном расписании, но и обязан был постоянно находиться при полку (во времена Екатерины II он лишь изредка наведывался в свой полк). Таким образом, тогдашнее значение шефа вполне соответствовало современному понятию о должности командира полка.
В 1810 году А. И. Гудович, находясь в отпуске у отца, в то время главнокомандующего в Москве, захворал. Иван Васильевич ходатайствовал о продлении сыну отпуска, на что, однако, высочайшего соизволения не получил. 31 марта он писал М. Б. Барклаю-де-Толли: «В оправданье дерзновенья моего утруждать об отпуске сына для поправления расстроенного здоровья на 4 месяца имею честь Вас, милостивый государь, уведомить, прося покорнейше довести до сведения Его императорского величества. Я разумел всегда срок, положенный для обыкновенных отпусков здоровым и имеющим частные свои нужды, а видя великодушные и всемилостивые примеры отпускаемых по болезням сверх положенного срока, дерзнул потому представить о сыне моем всеподданнейшую мою просьбу, увидя оного в слабом состоянии здоровья отпущенного ко мне на краткое время, после чего он уже к полку отправился. Не могу при сем скрыть крайнего моего прискорбия о том, что Его императорское величество всемилостивейший государь соизволил принять мою всеподданнейшую просьбу за слабость отца, желающего иметь при себе праздного сына - не дорожил я и не дорожу не только моим сыном, но и моею жизнью на верную службу всемилостивейшему государю, хотя уже стар и дряхл, а желал только поправить здоровье сына моего, дабы в состоянии был окончить достойно жизнь свою на ревностной службе великому государю».
Так или иначе, граф Гудович прибыл к полку. В 1811 году Орденский кирасирский полк стоял в Киевской губернии. Расположение эскадронов: шефский - в Звенигородке, подполковника Штакельберга - в Лысенках, майора Панова - в Шполе, ротмистра Григоровского - в Ольшанах и майора Сергеенко - в Ведениках.
В феврале 1812-го полк выступил на новые квартиры в Волынскую губернию. Ближайший к началу военных действий семидневный рапорт за май месяц дает следующие сведения о составе шефского эскадрона: полковник граф Гудович, ротмистр Брусилов, штаб-ротмистр Мейер, поручики - Слепченко 2-й, Раденгаузен, Шиллинг, Подлуцкий, Бибиков, корнеты - полковой адъютант Енько, адъютант Лизогуб, Львов 1-й и Решетинский 2-й.
Бородинскому сражению предшествовал бой за Шевардинский редут 24 августа, обеспечивший русской армии возможность закончить возведение инженерных сооружений на позиции, а также вскрывший намерение Наполеона нанести главный удар против левого крыла русской армии. Бой при заметном численном превосходстве французов носил ожесточенный характер; его перипетии многократно отражены в литературе. В одной из реляций читаем следующее описание действий 2-й кирасирской дивизии при Шевардине: «Битва час от часу делалась упорнее, однако ж все покушения неприятеля, отражаемого несколько раз с большим уроном, сделались тщетными и наконец были они совершенно отбиты. В сие время кирасирские полки второй дивизии - Екатеринославский, Орденский, Глуховский и Малороссийский - быстрою атакою довершили его поражение. При сем взято нами 8 пушек, из коих 3, будучи подбиты, оставлены на месте сражения».
В своем рапорте императору о сражении 24 августа М. И. Кутузов в частности сообщал: «2-я кирасирская дивизия, должна будучи даже в темноте сделать последнюю из своих атак, особенно отличилась».
За Шевардинское дело граф А. И. Гудович, раненный в левую ногу, был награжден орденом Святого Георгия 4-й степени и произведен в генерал-майоры. Золотой шпаги «за храбрость» удостоился сражавшийся с ним плечом к плечу его шурин - вышеупомянутый адъютант Илья Иванович Лизогуб (1787-1867), о котором нельзя не сказать здесь несколько слов. После Бородина он участвовал в заграничном походе, за Бауцен получил орден Святого Владимира 4-й степени с бантом, за Лейпциг - орден Святой Анны 4-й степени; в 1814 году состоял ординарцем при кронпринце Вюртембергском, в январе 1816-го поручиком переведен в кавалергарды. Уволен в отставку (1821) по домашним обстоятельствам с мундиром. Близко дружил с Тарасом Шевченко, хлопотал о досрочном освобождении поэта из ссылки.
После ранения А. И. Гудович вернулся в армию весной 1813 года. Был в сражениях при Бауцене, Лейпциге.
В 1814 году назначен командиром 1-й бригады 3-й кирасирской дивизии.
28 декабря 1815 года он пишет на имя императора Александра I прошение об отставке «за раною и болезненными припадками от воинской службы на собственное пропитание <...> с ношением мундира»6. Государь отставку принял.
Гудовичи были весьма состоятельными людьми. А. И. Гудовичу досталось в наследство подмосковное село Поливаново и село Арефино в Муромском уезде. В Москве, в Брюсовом переулке, стоит здание под № 21 - это только часть большого дома, выходившего углом на Тверскую улицу и в начале XIX века принадлежавшего генерал-майорам братьям Андрею и Кириллу Гудовичам.
Отличались Гудовичи и на ниве благотворительности. Так, в 1796 году Иван Васильевич заложил в местечке Ольгополь Подольской губернии (ныне Чечельник Винницкой области) Покровско-Михайловский собор. В 1860 году Андрей Иванович установил на соборе новый главный колокол весом около 1,7 тонны. Храм этот считался одним из красивейших на Украине. В 1937 году его взорвали, в 1996-м - восстановили.
В 1832-1841 годах А. И. Гудович занимал пост московского губернского предводителя дворянства. В Первопрестольной он не избежал масонских увлечений. 20 октября 1844 года принят на должность егермейстера двора Его Императорского величества в чине статского советника, 26 августа 1856-го пожалован в обер-егермейстеры. Умер в Москве.
Недавно в муниципальном музее «Русская усадьба» в Поливанове создана экспозиция, посвященная А. И. Гудовичу. На акварели его двоюродного брата И. И. Подчаского, написанной после 1814 года и находящейся в государственном научно-исследовательском Музее архитектуры имени А. В. Щусева в Москве, рядом с усадебным домом изображены всадник и всадница. Возможно, это Андрей Иванович с супругой.
С. Б. Нестеров
Кутузов в Подольске
https://www.podolsk.ru/about/n8856.html
Для справки. В годы Великой Отечественной войны в Подольске находилось Новочеркасское кавалерийское училище.
14 ноября 1942 года оно было передислоцировано в город после боёв на Кавказе. Учебная база располагалась на территории нынешнего ЦАМО, а летние лагеря — в Поливаново, на берегу Пахры. Здесь готовили офицеров кавалерии для фронта.
В Подольск лично приезжал маршал Семён Будённый. Он осматривал училище и принимал строй курсантов в 1943г.
Подготовленные в Подольске кавалеристы прошли фронтовой путь до Победы и приняли участие в Параде Победы 24 июня 1945 года.
Последний раз редактировалось Николай 2 22 июл 2026 15:30, всего редактировалось 1 раз.
Давняя история
Подольск. Памятник швейной машинке. История завода Зингер
В 1860 годах на рынке России появляется американская компания "Зингер", которая приобретает в Подольске в 1900 году участок земли и начинает строительство первого в России завода швейных машин. В 1902 году выпуск продукции (бытовые швейные машинки) был налажен. Рост производства на заводе продолжался до революции 1917 года. К этому времени на территории завода располагалась 37 производственных корпусов, работало более 5 тыс. человек. Кроме этого завод "Зингер" производил машины для швейной, обувной, галантерейной и других областей промышленности.
https://dzen.ru/a/YET_PkTtxmaBG5Os
-------------------------------------
ЗАСТАВНЫЙ ДОМ
Шоссейные дороги, которые проходили через Подольск в 19 веке играли большую роль в его экономическом развитии. Управление путей сообщения в 1844–1847 годах на старых грунтовых построило Брест-Литовское, или, как оно позже стало, Варшавское шоссе, а спустя десятилетие — в 1857 году, им же шоссирован Серпуховской тракт на участке от Подольска до границ уезда.
В целях регистрации движения и сбора дополнительных средств на содержание дорог, на месте разветвления Варшавского и Серпуховского шоссе (ныне Симферопольского) в сороковых годах прошлого века (статья написана Ю.С. Юзбашевым в 1991 году — прим. С. Грачев) был сооружен одноэтажный каменный Заставный дом, в котором размещалась администрация, занимавшаяся шоссейными сборами. Название Заставного дом получил по плану города 1849 года от устроенных по обе стороны от него на шоссе застав. В это время город кончался Александровской улицей (ныне Комсомольской), на которой от Серпуховского шоссе в стороны современного рынка на левой стороне было всего 5-6 домов, и только в отдалении стоял Заставный дом.
В связи с ростом города обе Подольские заставы оказались в его черте и примерно в 1912 году были перенесены далее: по Варшавскому шоссе — к повороту в дер. Ивановское и по Серпуховскому — в дер. Кутузово. В уезде были еще три заставы: на Варшавском шоссе — Крестецкая в Чириковых двориках, около реки Мочи, на Калужском — Сосенская в дер. Сосенки, и на Каширском — Старо-Фроловская в селе Фроловский Ям.
В 1871 году Варшавское и Серпуховское шоссе переходят в распоряжение Московского Губернского Земства с выделением от казны определенных средств на их содержание. Вместе с дорогами был передан и Заставный дом, у которого земство около 1894-1895 гг. возвело второй деревянный этаж.
Движение через Подольск в ту пору было большое. Почти беспрерывным потоком круглые сутки двигались по шоссе в сторону Малого Ярославца подводы, груженные солью, маслом, керосином, с мануфактурой, а по Серпуховскому, с юга шли обозы с хлебом и разными товарами, подольские прасолы перегоняли большие гурты скота.
Порядок взимания шоссейного сбора и его размера был определен законом. До 1871 года шоссейный сбор с местных жителей не брался, так как при издании закона местное движение было слабо развито. И только при земстве были установлены зимние и летние пошлины. За проезд через заставу за 10 верст зимой брались 3 копейки с лошади и 4 копейки — с экипажа, и соответственно 5 и 6 копеек летом.
Примерно с середины первого десятилетия 20 века по шоссе начинается движение автомобильное, и Земская Управа с августа 1911 года устанавливает их регистрацию и берет
с них сбор. С грузовых машин брались 5 копеек за 10 верст и 40 пудов груза и с легковых, за то же расстояние, — от 10 до 30 копеек в зависимости от мощности двигателя.
Интересные сведения о движении грузов через шоссейные заставы приводятся в Статистико-экономическом очерке Подольского уезда, изданного в 1924 году: ≪…В среднем за год через Подольские заставы прошли: на Варшавском шоссе —137 груженных повозок (1910–914 гг.)
и 385 автомобилей (1914 г.) и на Серпуховском —59 груженных повозок и 700 автомобилей в это же время≫. Как видно из приведенных данных, уже в первые годы 20 столетия был ощутим крен в сторону бурного развития автомобильного транспорта.
А в 1918 году шоссейный сбор был отменен, но в 1922 году был вновь введен, но просуществовал недолго. В 1923 году он был отменен окончательно. Заставный дом был впослед- ствии использован как Дом крестьянина. В последние годы в этом здании размещались районный отдел культуры и некоторые общественные организации. На первом этаже — пиво.
По плану развития города, в связи с реконструкцией в начале пятидесятых годов этот дом был снесен. Сейчас на этом месте находится одна из лучших городских площадей — площадь им. В.И. Ленина. Примерно на том месте, где стоял Заставный дом, в 1958 году установлен бронзовый памятник В.И. Ленину, работы белорусского скульптора З.И. Азгура и нашего земляка — подольского архитектора Л.П. Земскова.
На стыке площади с проспектом, по обе стороны стоят два высотных дома, первые этажи которых занимают Дом книги и Выставочный зал. несколько в стороне сооружен Дом Советов.
До неузнаваемости изменилось это место. И только иногда услышанное из чьи-либо уст прежнее название площади — ≪Стрелка≫ — напоминает нам об ушедшем навсегда в прошлое прежнем облике этой части нашего города.
Иван Юзбашев
1991 г.
ЗЕМСКАЯ ПОЧТА ПОДОЛЬСКОГО УЕЗДА
Земская почта в России возникла в шестидесятых годах 19 века, а в результате земской реформы 1864 года, которая отдавала местное управление в руки помещиков, способствовала росту капиталистических отношений и развитию культуры.
Земские управы остро ощущали необходимость регулярной почтовой связи внутри уездов. Это было вызвано тем, что почтовые конторы в то время были, главным образом, в уездных городах. Государственная почта обычно доставляла корреспонденцию только в уездные города. И жители отдаленных сел и деревень, чтобы отправить или получить письмо, вынуждены были добираться до ближайшей почты, преодолевая немалое расстояние.
Организация уездной земской почты диктовалась еще и насущными интересами административных органов земства по обеспечиванию связи внутри уездов с волостями, а также возросшей потребностью сельчан в обмене письмами с членами семей и родственниками, уходившими на заработки на дальние промыслы в города, в которых начинала бурно развиваться капиталистическая промышленность. все это заставило земство решить проблему доставки почты своими силами в 34 губерниях, включавших 359 уездов, в том числе и в Подольском уезде Московской губернии.
О том, как это происходило на нашей земле, и есть мой рассказ, предлагаемый читателям, который написан на основе исследований некоторых материалов Подольской уездной земской управы в фондах Государственной библиотеки СССР им. В.И. Ленина и документов личного архива.
С учреждением мирового судебного института, Подольское уездное земское собрание на заседании 23 января 1866 года разделило Подольский уезд на три мировых участка с четким обозначением границ.
На другой день из представителей дворянства им были избраны мировые судьи Владимир Васильевич Давыдов, Александр Алексеевич Наумов и Петр Иванович Миткевич-Далецкий. Все они имели землевладения в Подольском уезде.
В.В. Давыдов владел родовым имением жены — Поливановым на реке Пахре с прилежащими 1750 десятинами земли и деревнями Луковня, Петрово, Власьево, Настаьино, Шалово, Пещери, Манькина гора, Булатово, Пыхчево,
Киселево и др.
А.А. Наумову принадлежало село Кузьминское на юге Шебанцевской волости, а
П.И. Миткевич-Далецкому — сельцо Уварово и с. Каменка и Александровка тоже в Красно-Пахорской волости.
28 января уездное земское собрание одобрило проектподвижных почтовых экспедиций министерства почт и телеграфов, присланный на рассмотрение губернской земской управой, и, признав, что для избранных мировых судей учреждение почты имеет важное значение, пригласило их на совещание в качестве экспертов.
Приглашенные А.А. Наумов и В.В. Давыдов заявили о том, что ≪все три участковые мировые судьи, по соглашению между собой изъявили готовность взять на первый год содержание лошадей для почт на свой счет, под условием, указанных в проекте министерства прогонов от казны и с тем, чтобы уездное собрание ходатайствовало на первое время о том, чтобы подвижные почтовые экспедиции соединяли бы город Подольск с местом их жительства
по участкам, проходя нижеследующими селениями: в 1-й и 3-й участки города Подольска через Ознобишино, Александрово (ныне Щапово), Поливаново (станционный пункт, далее Ватутенки, Троицкое, Батаково, Ширяево, хутор Александровка (станционный пункт).
Расстояние от Поливанова — 12 верст, от Поливаново до хутора Александровка — 20 верст, всего от города Подольска — 32 версты;
во 2-й участок из г. Подольска — через Поливаново (Добрятинской волости), Судаково, Зиновкино, Красное, Шебанцево, Растуново, Купчинино, село Кузьминское (станционный пункт) — не менее одного раза в неделю≫.
Эта их просьба была удовлетворена.
Согласно ст.4 Устава о земской повинности земство обязано было содержать лошадей для развоза земской почты при полицейском управлении. Предназначенные для этих целей денежные средства прежде выдавались прямо на руки исправнику.
В 1867 году исправник стал ходатайствовать об ассигновании денег на содержание новых двух конных рассыльных. Для этих целей земское собрание постановило выделить 480 рублей, которые также были переданы исправнику.
Однако с течением времени земская управа стала усматривать, что производя ежегодные затраты на содержание конных рассыльных при полиции, она решает вопрос об устройстве почты лишь отчасти, так как этим путем получают более удобный способ сношения с мировыми судьями лишь административные органы, находящиеся в городе, а частные лица, нуждающиеся в обращении, этих удобств не имеют, в связи с чем волостные управления вынуждены содержать усиленный состав рассыльных.
В 1877 году Подольская уездная земская управа докладывала земскому собранию: ≪Ознакомившись из имевшихся в то время данных с существующими формами сельских
и земских почт в других местах, земская управа предоставила уездному земскому собранию в 1869 году проект устройства земской почты, при составлении которого имела ввиду, главным образом, удовлетворить официальные потребности и возможно меньшую затрату; так, что
земство, увеличив лишь на 250 рублей уже признанную необходимой цифру расхода, было в состоянии устроить в уезде земскую почту, которая с 1870 года и существует в Подольском уезде, не требуя увеличения сметной статьи расхода, значительно сократив расходы волостных правлений по содержанию особых рассыльных и доставляя известную долю удобств местным жителям≫.
Содержание земской почты требовало значительных средств, в связи с чем земством в 164 уездах, в том числе и в Подольском, были выпущены почтовые марки. Они служили знаками оплаты частной корреспонденции, так как казенная пересылалась бесплатно. Поскольку каждый уезд имел свои земские марки, они представляли исторический интерес и сразу стали предметом собирательства русских и зарубежных коллекционеров.
Многие предприимчивые земства умышленно завышали их тираж в расчете на коллекционеров, от чего имели дополнительные доходы.
≪В земских марках, —информировал читателей журнал ≪Советский коллекционер≫ в №1 за 1930 год, —можно встретить много оригинального, свойственного характеру местности и населения, для которых они предназначались. Многие из них говорят об уровне художественного развития и вкуса русской провинции того времени и являются бесхитростными изделиями местных граверов и типографий≫.
Они в настоящее время очень редки. В каталоге земских марок, изданном в 1925 году под редакцией Ф.Г. Чучина, значатся две марки Подольского уезда, если не изменяет
память, достоинством в 3 и 5 копеек. Мне известно, что в семидесятых годах подольский филателист Г.Д. Дорофеев преподнес в дар Подольскому краеведческому музею
земскую марку Подольского уезда номиналом в 5 копеек зеленого цвета.
На пятикопеечной марке по краю вертикального овала надпись: слева — ≪Земская почта≫, справа — ≪Подольского уезда≫, в центре изображены два перекрещенных каменотесных инструмента — главный элемент Подольского городского герба, по углам номинал — 5 коп. Интересно, что земские марки в Подольском уезде гасились не штемпелем, а перечеркивались пером, все время пока существовала почта. К сожалению, мне неизвестны дата их выпуска, тираж и место печати. По типу пятикопеечная марка похожа на одну из марок, которые в 1884 году печатались в Экспедиции заготовления государственных бумаг в Петербурге для 44 уездов. Был ли в их числе заказчиком Подольский уезд, мне неизвестно, но вряд ли, так как марки в уезде появились значительно раньше. Из документов явствует, что в 1875 году доход от продажи марок в уезде составил 33 руб. 70 коп. Но можно допустить, что их было несколько
выпусков.
Почтовый департамент министерства внутренних дел ограничивал деятельность земской почты разными условиями. Ей категорически запрещалось пользоваться государственными почтовыми трактами. Разрешалось только пересекать их. В условиях Подольского уезда это Брест-Литовское (Варшавское) и Серпуховское (Симферопольское)шоссе. Поэтому, чтобы наладить связь с отдельными районами, земская управа была вынуждена создавать свои
дороги и содержать их в постоянной исправности.
На сумках земских почтарей запрещалось изображение почтовых рожков — эмблемы государственной почты. Как знак отличия, разрешалось на головных уборах и почтовых сумках изображать губернский или уездный (городской) герб.
Почтовые марки земской почты должны были отличаться от государственных по цвету и рисунку и иметь хождение только в пределах своего уезда. Поэтому, чтобы отправить письмо из сельской местности Подольского уезда в какой-нибудь пункт другого уезда нужно было рядом с земской маркой наклеить еще одну — государственной почты.
Земская почта обеспечивала доставку почты из государственной почтово-телеграфной конторы г. Подольска по территории уезда и доставку внутриуездной корреспонденции для переотправки государственной почтой. Она была ответственна за доставку корреспонденции в пределах уезда, которую получала от почтово-телеграфной конторы на месте при ее получении.
Количество частной корреспонденции, прошедшей земскую почту, увеличивалось из года в год. Всем почтовым делом в уезде ведала почтовая контора, которая находилась при земской управе во главе с заведующим почтой. В середине семидесятых годов 19 века им был А.Я. Шиллинг — ≪человек добросовестный и аккуратный, — как его характеризовала земская управа, который добился значительного успеха почтового дела≫.
Известны и фамилии почтарей тех лет. Это отпускной рядовой Скворцов, награжденный управой 150 рублями за добросовестное исполнение своих обязанностей в течение трех лет и сменивший его, в связи с призывом в армию, отставной рядовой Лобов.
Иван Юзбашев
1991 г
Для справки.
В 1904 году в городе Подольске проживало 3790 человек, из них 2254 мужчины и 1536 женщин. Русских проживало 97,4 %, турков и татар — 1,4 %, поляков — 0,1 %, евреев — 0,7 %, немцев — 0,3 %, армян — 0,1 %.
(Города России в 1904 году. СПб.: Типо-лит. Ныркина, 1906–1914. Т. 1. С. 157).
В 1938 году численность населения Подольска составляла около 70 тысяч человек, из них примерно 6.000 татар.
Современная статистика см. https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D0 ... 1%81%D0%BA
--------------------------------------------------------------------------------------------
История Подольска
https://ok.ru/istorya.podolska
В 1860 годах на рынке России появляется американская компания "Зингер", которая приобретает в Подольске в 1900 году участок земли и начинает строительство первого в России завода швейных машин. В 1902 году выпуск продукции (бытовые швейные машинки) был налажен. Рост производства на заводе продолжался до революции 1917 года. К этому времени на территории завода располагалась 37 производственных корпусов, работало более 5 тыс. человек. Кроме этого завод "Зингер" производил машины для швейной, обувной, галантерейной и других областей промышленности.
https://dzen.ru/a/YET_PkTtxmaBG5Os
-------------------------------------
ЗАСТАВНЫЙ ДОМ
Шоссейные дороги, которые проходили через Подольск в 19 веке играли большую роль в его экономическом развитии. Управление путей сообщения в 1844–1847 годах на старых грунтовых построило Брест-Литовское, или, как оно позже стало, Варшавское шоссе, а спустя десятилетие — в 1857 году, им же шоссирован Серпуховской тракт на участке от Подольска до границ уезда.
В целях регистрации движения и сбора дополнительных средств на содержание дорог, на месте разветвления Варшавского и Серпуховского шоссе (ныне Симферопольского) в сороковых годах прошлого века (статья написана Ю.С. Юзбашевым в 1991 году — прим. С. Грачев) был сооружен одноэтажный каменный Заставный дом, в котором размещалась администрация, занимавшаяся шоссейными сборами. Название Заставного дом получил по плану города 1849 года от устроенных по обе стороны от него на шоссе застав. В это время город кончался Александровской улицей (ныне Комсомольской), на которой от Серпуховского шоссе в стороны современного рынка на левой стороне было всего 5-6 домов, и только в отдалении стоял Заставный дом.
В связи с ростом города обе Подольские заставы оказались в его черте и примерно в 1912 году были перенесены далее: по Варшавскому шоссе — к повороту в дер. Ивановское и по Серпуховскому — в дер. Кутузово. В уезде были еще три заставы: на Варшавском шоссе — Крестецкая в Чириковых двориках, около реки Мочи, на Калужском — Сосенская в дер. Сосенки, и на Каширском — Старо-Фроловская в селе Фроловский Ям.
В 1871 году Варшавское и Серпуховское шоссе переходят в распоряжение Московского Губернского Земства с выделением от казны определенных средств на их содержание. Вместе с дорогами был передан и Заставный дом, у которого земство около 1894-1895 гг. возвело второй деревянный этаж.
Движение через Подольск в ту пору было большое. Почти беспрерывным потоком круглые сутки двигались по шоссе в сторону Малого Ярославца подводы, груженные солью, маслом, керосином, с мануфактурой, а по Серпуховскому, с юга шли обозы с хлебом и разными товарами, подольские прасолы перегоняли большие гурты скота.
Порядок взимания шоссейного сбора и его размера был определен законом. До 1871 года шоссейный сбор с местных жителей не брался, так как при издании закона местное движение было слабо развито. И только при земстве были установлены зимние и летние пошлины. За проезд через заставу за 10 верст зимой брались 3 копейки с лошади и 4 копейки — с экипажа, и соответственно 5 и 6 копеек летом.
Примерно с середины первого десятилетия 20 века по шоссе начинается движение автомобильное, и Земская Управа с августа 1911 года устанавливает их регистрацию и берет
с них сбор. С грузовых машин брались 5 копеек за 10 верст и 40 пудов груза и с легковых, за то же расстояние, — от 10 до 30 копеек в зависимости от мощности двигателя.
Интересные сведения о движении грузов через шоссейные заставы приводятся в Статистико-экономическом очерке Подольского уезда, изданного в 1924 году: ≪…В среднем за год через Подольские заставы прошли: на Варшавском шоссе —137 груженных повозок (1910–914 гг.)
и 385 автомобилей (1914 г.) и на Серпуховском —59 груженных повозок и 700 автомобилей в это же время≫. Как видно из приведенных данных, уже в первые годы 20 столетия был ощутим крен в сторону бурного развития автомобильного транспорта.
А в 1918 году шоссейный сбор был отменен, но в 1922 году был вновь введен, но просуществовал недолго. В 1923 году он был отменен окончательно. Заставный дом был впослед- ствии использован как Дом крестьянина. В последние годы в этом здании размещались районный отдел культуры и некоторые общественные организации. На первом этаже — пиво.
По плану развития города, в связи с реконструкцией в начале пятидесятых годов этот дом был снесен. Сейчас на этом месте находится одна из лучших городских площадей — площадь им. В.И. Ленина. Примерно на том месте, где стоял Заставный дом, в 1958 году установлен бронзовый памятник В.И. Ленину, работы белорусского скульптора З.И. Азгура и нашего земляка — подольского архитектора Л.П. Земскова.
На стыке площади с проспектом, по обе стороны стоят два высотных дома, первые этажи которых занимают Дом книги и Выставочный зал. несколько в стороне сооружен Дом Советов.
До неузнаваемости изменилось это место. И только иногда услышанное из чьи-либо уст прежнее название площади — ≪Стрелка≫ — напоминает нам об ушедшем навсегда в прошлое прежнем облике этой части нашего города.
Иван Юзбашев
1991 г.
ЗЕМСКАЯ ПОЧТА ПОДОЛЬСКОГО УЕЗДА
Земская почта в России возникла в шестидесятых годах 19 века, а в результате земской реформы 1864 года, которая отдавала местное управление в руки помещиков, способствовала росту капиталистических отношений и развитию культуры.
Земские управы остро ощущали необходимость регулярной почтовой связи внутри уездов. Это было вызвано тем, что почтовые конторы в то время были, главным образом, в уездных городах. Государственная почта обычно доставляла корреспонденцию только в уездные города. И жители отдаленных сел и деревень, чтобы отправить или получить письмо, вынуждены были добираться до ближайшей почты, преодолевая немалое расстояние.
Организация уездной земской почты диктовалась еще и насущными интересами административных органов земства по обеспечиванию связи внутри уездов с волостями, а также возросшей потребностью сельчан в обмене письмами с членами семей и родственниками, уходившими на заработки на дальние промыслы в города, в которых начинала бурно развиваться капиталистическая промышленность. все это заставило земство решить проблему доставки почты своими силами в 34 губерниях, включавших 359 уездов, в том числе и в Подольском уезде Московской губернии.
О том, как это происходило на нашей земле, и есть мой рассказ, предлагаемый читателям, который написан на основе исследований некоторых материалов Подольской уездной земской управы в фондах Государственной библиотеки СССР им. В.И. Ленина и документов личного архива.
С учреждением мирового судебного института, Подольское уездное земское собрание на заседании 23 января 1866 года разделило Подольский уезд на три мировых участка с четким обозначением границ.
На другой день из представителей дворянства им были избраны мировые судьи Владимир Васильевич Давыдов, Александр Алексеевич Наумов и Петр Иванович Миткевич-Далецкий. Все они имели землевладения в Подольском уезде.
В.В. Давыдов владел родовым имением жены — Поливановым на реке Пахре с прилежащими 1750 десятинами земли и деревнями Луковня, Петрово, Власьево, Настаьино, Шалово, Пещери, Манькина гора, Булатово, Пыхчево,
Киселево и др.
А.А. Наумову принадлежало село Кузьминское на юге Шебанцевской волости, а
П.И. Миткевич-Далецкому — сельцо Уварово и с. Каменка и Александровка тоже в Красно-Пахорской волости.
28 января уездное земское собрание одобрило проектподвижных почтовых экспедиций министерства почт и телеграфов, присланный на рассмотрение губернской земской управой, и, признав, что для избранных мировых судей учреждение почты имеет важное значение, пригласило их на совещание в качестве экспертов.
Приглашенные А.А. Наумов и В.В. Давыдов заявили о том, что ≪все три участковые мировые судьи, по соглашению между собой изъявили готовность взять на первый год содержание лошадей для почт на свой счет, под условием, указанных в проекте министерства прогонов от казны и с тем, чтобы уездное собрание ходатайствовало на первое время о том, чтобы подвижные почтовые экспедиции соединяли бы город Подольск с местом их жительства
по участкам, проходя нижеследующими селениями: в 1-й и 3-й участки города Подольска через Ознобишино, Александрово (ныне Щапово), Поливаново (станционный пункт, далее Ватутенки, Троицкое, Батаково, Ширяево, хутор Александровка (станционный пункт).
Расстояние от Поливанова — 12 верст, от Поливаново до хутора Александровка — 20 верст, всего от города Подольска — 32 версты;
во 2-й участок из г. Подольска — через Поливаново (Добрятинской волости), Судаково, Зиновкино, Красное, Шебанцево, Растуново, Купчинино, село Кузьминское (станционный пункт) — не менее одного раза в неделю≫.
Эта их просьба была удовлетворена.
Согласно ст.4 Устава о земской повинности земство обязано было содержать лошадей для развоза земской почты при полицейском управлении. Предназначенные для этих целей денежные средства прежде выдавались прямо на руки исправнику.
В 1867 году исправник стал ходатайствовать об ассигновании денег на содержание новых двух конных рассыльных. Для этих целей земское собрание постановило выделить 480 рублей, которые также были переданы исправнику.
Однако с течением времени земская управа стала усматривать, что производя ежегодные затраты на содержание конных рассыльных при полиции, она решает вопрос об устройстве почты лишь отчасти, так как этим путем получают более удобный способ сношения с мировыми судьями лишь административные органы, находящиеся в городе, а частные лица, нуждающиеся в обращении, этих удобств не имеют, в связи с чем волостные управления вынуждены содержать усиленный состав рассыльных.
В 1877 году Подольская уездная земская управа докладывала земскому собранию: ≪Ознакомившись из имевшихся в то время данных с существующими формами сельских
и земских почт в других местах, земская управа предоставила уездному земскому собранию в 1869 году проект устройства земской почты, при составлении которого имела ввиду, главным образом, удовлетворить официальные потребности и возможно меньшую затрату; так, что
земство, увеличив лишь на 250 рублей уже признанную необходимой цифру расхода, было в состоянии устроить в уезде земскую почту, которая с 1870 года и существует в Подольском уезде, не требуя увеличения сметной статьи расхода, значительно сократив расходы волостных правлений по содержанию особых рассыльных и доставляя известную долю удобств местным жителям≫.
Содержание земской почты требовало значительных средств, в связи с чем земством в 164 уездах, в том числе и в Подольском, были выпущены почтовые марки. Они служили знаками оплаты частной корреспонденции, так как казенная пересылалась бесплатно. Поскольку каждый уезд имел свои земские марки, они представляли исторический интерес и сразу стали предметом собирательства русских и зарубежных коллекционеров.
Многие предприимчивые земства умышленно завышали их тираж в расчете на коллекционеров, от чего имели дополнительные доходы.
≪В земских марках, —информировал читателей журнал ≪Советский коллекционер≫ в №1 за 1930 год, —можно встретить много оригинального, свойственного характеру местности и населения, для которых они предназначались. Многие из них говорят об уровне художественного развития и вкуса русской провинции того времени и являются бесхитростными изделиями местных граверов и типографий≫.
Они в настоящее время очень редки. В каталоге земских марок, изданном в 1925 году под редакцией Ф.Г. Чучина, значатся две марки Подольского уезда, если не изменяет
память, достоинством в 3 и 5 копеек. Мне известно, что в семидесятых годах подольский филателист Г.Д. Дорофеев преподнес в дар Подольскому краеведческому музею
земскую марку Подольского уезда номиналом в 5 копеек зеленого цвета.
На пятикопеечной марке по краю вертикального овала надпись: слева — ≪Земская почта≫, справа — ≪Подольского уезда≫, в центре изображены два перекрещенных каменотесных инструмента — главный элемент Подольского городского герба, по углам номинал — 5 коп. Интересно, что земские марки в Подольском уезде гасились не штемпелем, а перечеркивались пером, все время пока существовала почта. К сожалению, мне неизвестны дата их выпуска, тираж и место печати. По типу пятикопеечная марка похожа на одну из марок, которые в 1884 году печатались в Экспедиции заготовления государственных бумаг в Петербурге для 44 уездов. Был ли в их числе заказчиком Подольский уезд, мне неизвестно, но вряд ли, так как марки в уезде появились значительно раньше. Из документов явствует, что в 1875 году доход от продажи марок в уезде составил 33 руб. 70 коп. Но можно допустить, что их было несколько
выпусков.
Почтовый департамент министерства внутренних дел ограничивал деятельность земской почты разными условиями. Ей категорически запрещалось пользоваться государственными почтовыми трактами. Разрешалось только пересекать их. В условиях Подольского уезда это Брест-Литовское (Варшавское) и Серпуховское (Симферопольское)шоссе. Поэтому, чтобы наладить связь с отдельными районами, земская управа была вынуждена создавать свои
дороги и содержать их в постоянной исправности.
На сумках земских почтарей запрещалось изображение почтовых рожков — эмблемы государственной почты. Как знак отличия, разрешалось на головных уборах и почтовых сумках изображать губернский или уездный (городской) герб.
Почтовые марки земской почты должны были отличаться от государственных по цвету и рисунку и иметь хождение только в пределах своего уезда. Поэтому, чтобы отправить письмо из сельской местности Подольского уезда в какой-нибудь пункт другого уезда нужно было рядом с земской маркой наклеить еще одну — государственной почты.
Земская почта обеспечивала доставку почты из государственной почтово-телеграфной конторы г. Подольска по территории уезда и доставку внутриуездной корреспонденции для переотправки государственной почтой. Она была ответственна за доставку корреспонденции в пределах уезда, которую получала от почтово-телеграфной конторы на месте при ее получении.
Количество частной корреспонденции, прошедшей земскую почту, увеличивалось из года в год. Всем почтовым делом в уезде ведала почтовая контора, которая находилась при земской управе во главе с заведующим почтой. В середине семидесятых годов 19 века им был А.Я. Шиллинг — ≪человек добросовестный и аккуратный, — как его характеризовала земская управа, который добился значительного успеха почтового дела≫.
Известны и фамилии почтарей тех лет. Это отпускной рядовой Скворцов, награжденный управой 150 рублями за добросовестное исполнение своих обязанностей в течение трех лет и сменивший его, в связи с призывом в армию, отставной рядовой Лобов.
Иван Юзбашев
1991 г
Для справки.
В 1904 году в городе Подольске проживало 3790 человек, из них 2254 мужчины и 1536 женщин. Русских проживало 97,4 %, турков и татар — 1,4 %, поляков — 0,1 %, евреев — 0,7 %, немцев — 0,3 %, армян — 0,1 %.
(Города России в 1904 году. СПб.: Типо-лит. Ныркина, 1906–1914. Т. 1. С. 157).
В 1938 году численность населения Подольска составляла около 70 тысяч человек, из них примерно 6.000 татар.
Современная статистика см. https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D0 ... 1%81%D0%BA
--------------------------------------------------------------------------------------------
История Подольска
https://ok.ru/istorya.podolska
Давняя история
Владимир Медынский. Лекции по истории России
https://rutube.ru/channel/37297900/videos/
https://rutube.ru/channel/37297900/videos/